Иже во всем мире мученик Твоих, яко багряницею и виссом кровьми Церковь Твоя украсившися, теми вопиет Ти Христе Боже: людем Твоим щедроты Твоя низпосли, мир жительству Твоему даруй, и душам нашим велию милость.
тропарь Всем Святым

Преподобный Георгий исповедник Даниловский Чудотворец

Преподобноисповедник Георгий (Герасим Дмитриевич Лавров) родился 28 февраля 1868 года в деревне Касимовка Ламской волости Елецкого уезда Орловской губернии в крестьянской семье. Из родного дома Герасим вынес глубокую веру в Бога и любовь к Святой Церкви.

До Данилова монастыря, в течение 24 лет, с 1890 по 1914 год, о. Георгий подвизался в Оптиной Пустыни. Напутствие поступать в Оптину он получил в детстве у раки преподобного Сергия: мальчик молился, чтобы преподобный даровал ему счастье в жизни, и в ответ услышал в душе слова: «Иди в Оптину».

В 1890 году  Герасим пешком оправился в Оптину. Через месяц он прибыл в обитель и был принят на добровольное послушание.  10 октября 1898 года был определен в число братства монастыря, 23 июня 1899 года пострижен в монашество с наречением имени Георгий (в честь святого великомученика Георгия) и 24 октября 1902 года рукоположен во иеродиакона.

В монастыре отец Георгий исполнял, в основном, хозяйственные послушания. Внешние труды сочетались с духовным деланием, при всецелом, нерассуждающем послушании старцам.

Так возрастал будущий исповедник Христов от силы в силу (Еф. 4, 13), и к тому времени, когда настала пора покинуть стены Оптиной Пустыни, он был уже испытанным монахом,  готовым к деланию на ниве Христовой.

2 января 1914 года иеродиакон Георгий был переведен в Мещовский Георгиевский монастырь и Указом Святейшего Синода от 31 октября 1915 года назначен на должность настоятеля с рукоположением в сан иеромонаха. 3 января того же года был награжден набедренником.

Иеромонах Георгий управлял Мещовской обителью в тяжелое время мировой войны и революции. В этом ему помогали практический опыт и умение рачительно хозяйствовать, приобретенные в Оптиной, доброта и мудрость в отношениях с людьми. 2 ноября 1917 года за настоятельские труды отец Георгий был награжден Святейшим Синодом наперсным крестом. В том же году Мещовскому Георгиевскому монастырю  было «преподано благословение Святейшего Синода с выдачей о сем грамоты... за заслуги... обители по обстоятельствам военного времени».

9 декабря 1918 года иеромонаха Георгия арестовали, и 4 июня 1919 года он был приговорен к расстрелу. В ночь перед расстрелом, во время молитвы,  ему было видение о том, что он и шесть его соузников, также приговоренных к смерти, останутся живы. Так по милости Божией и случилось. Для исполнения приговора смертников посадили в вагон. На станции Тихонова Пустынь, куда прибыл этот вагон, его по ошибке прицепили к поезду, идущему не в Калугу, как предполагалось, а в Москву, где заключенных препроводили в Таганскую тюрьму. Пока шло выяснение обстоятельств, была объявлена амнистия, и все остались живы. По амнистии ВЦИК от 5 ноября 1919 года расстрел был заменен пятью годами заключения, которое отец Георгий отбывал в Бутырской и Таганской тюрьмах.

Находясь в тюрьме, отец Георгий исполнял должность санитара и был старцем-утешителем для многих узников. Он не щадил себя, облегчая телесные и душевные страдания заключенных.

В Таганской тюрьме в то время находились священномученик митрополит Казанский и Свияжский Кирилл (Смирнов, † 7 ноября 1937) и настоятель Московского Данилова монастыря архиепископ Феодор (Поздеевский, † 10 октября 1937). Добродетели иеромонаха Георгия не утаились от архиереев-исповедников, и это имело большое значение для его дальнейшей жизни. Митрополит Кирилл, заметив в нем благодатный дар рассуждения и любви, благословил отца Георгия на старчество, а архиепископ Феодор в 1922 году принял в Данилов монастырь, взяв старца «на поруки».

Так в 1922 году иеромонах Георгий был освобожден и стал насельником Данилова монастыря, где был назначен на должность братского духовника. Послушанием его было также принимать исповедь прихожан.

Москвичи любили даниловского батюшку, почитали за дар утешения и прозорливость.  Среди его духовных детей были как образованные люди, видные ученые, так и простой народ, всегда окружала старца молодежь. Посещали архимандрита Георгия и архиереи, жившие в то время в Данилове. Многие духовные дети старца претерпели гонения за веру. Среди них священномученики митрополит Серафим (Чичагов), протоиерей Владимир Амбарцумов, иеромонах Павел (Троицкий) и другие.

Старец Георгий обладал необыкновенным даром любви, доброты, милосердия, помогал людям советом, делом, молитвой. Имеются многие свидетельства его чудесной молитвенной помощи нуждающимся.

Исключительное внимание архимандрит Георгий уделял молодежи. «Путь человека складывается смолоду, и потом трудно его изменить», - говорил он. Многих юношей и девушек старец направил на путь веры, в те годы исповеднический.

19 мая 1928 года архимандрита Георгия арестовали и отправили в Бутырскую тюрьму. 12 июня 1928 года было составлено обвинительное заключение по ст. 58/10 УК.

В одиночной камере тюрьмы источником духовной крепости была для старца молитва. На допросах он держался спокойно и мужественно.

15 июня 1928 года Особое совещание при Коллегии ОГПУ постановило выслать архимандрита Георгия в Казахстан, в Уральск, сроком на три года. Добравшись до Уральска, он получил новое назначение в глушь - в поселок Кара-Тюбе, находящийся в 100 км от районного центра Джамбейты.

Изгнанническую долю архимандрита Георгия разделила Татьяна Борисовна Мельникова, сопровождавшая батюшку в ссылку и бывшая с ним до последнего его часа. Спустя некоторое время в Кара-Тюбе приехала Елена Владимировна Чичерина (впоследствии монахиня Екатерина). Время от времени старца навещали его духовные дети. В Джамбейте также поселились духовные чада отца Георгия, молодые специалисты-медики, выбравшие этот далекий край, чтобы быть рядом со своим старцем.

В Кара-Тюбе отец Георгий и его послушницы поселились в убогой фанзе (киргизском глиняном доме) на краю селения. Первое время питались в основном тем, что присылали духовные дети из Москвы. Вскоре завели корову, появилось свое молоко.

В доме ссыльного батюшки не прекращалась молитва. Домовый храм устроили в главной комнате, где жил отец Георгий. Престол был изготовлен им самим из посылочных ящиков; в антиминсе находились частицы святых мощей равноапостольных Константина и Елены. Богослужения совершались во все праздничные дни, а Великим Постом ежедневно, утром и вечером. Всегда читалось дневное житие.

За годы пребывания отца Георгия в Кара-Тюбе было несколько неприятных происшествий, по милости Божией закончившихся благополучно. После этих событий казахи уважительно говорили, объясняя их счастливый исход: «Русский мулла Богу молился».

В ссылке архимандрит Георгий тяжело заболел. Вызванная из Джамбейты врач Софья Максимовна Тарасова (впоследствии монахиня Агапита) определила рак гортани. Необходимо было  возвращаться в Россию; стали ходатайствовать о поездке в Москву. Однако власти затягивали освобождение, и изнуренный болезнью старец вынужден был прожить в Казахстане еще один лишний и самый тяжелый из прожитых здесь год.

 15 мая 1932 года были получены, наконец, документы об освобождении без права проживания в Москве и 12 других городах, с прикреплением к определенному месту жительства в течение трех лет. Из возможных городов отец Георгий выбрал Нижний Новгород, сказав при этом, вспоминая Минина и Пожарского: «Спасение из Нижнего».

В Нижнем Новгороде старец поселился в небольшом домике, стоявшем среди рощи любимых им белоствольных берез. Истекали последние дни исповеднической жизни старца. Из Москвы приехали близкие духовные дети. Встреча с ними оживила отца Георгия, и он сумел поговорить с каждым в отдельности.

4 июля (по новому стилю) отец Георгий долго разговаривал со своим духовным сыном архимандритом Сергием (Воскресенским, † 16 апреля 1944), будущим митрополитом, интересовался церковными делами. Утомившись беседой, он задремал. В комнате осталась только Татьяна Мельникова. Заметив, что дыхание старца изменилось, она позвала отца Сергия. Он тотчас пришел со Святыми Дарами. Старец взял Чашу, принял Святые Дары и так, с Чашей в руках, преставился к Богу.

О смерти батюшки сообщили в Москву; духовные дети, кто только мог, поехали в Нижний Новгород (тогда город Горький). Отпевание было назначено на 6 июля, день Владимирской иконы Божией Матери, особо чтимой отцом Георгием. Совершал отпевание архимандрит Сергий в сослужении многочисленного духовенства. Несмотря на то, что отец Георгий прожил в Нижнем Новгороде недолго, слух о праведнике распространился в народе, и на отпевание пришли многие верующие местные жители.

Когда катафалк въехал в ворота кладбища, ударил колокол и мерно звонил до внесения почившего в храм. Отец Георгий был похоронен недалеко от алтаря кладбищенского старообрядческого храма.

Известны многие посмертные свидетельства того, что старец стяжал дерзновение пред Богом. В исполнение своего обещания, он не оставлял и не оставляет ныне благодатной помощью своих духовных детей и всех, кто в молитве с верой обращается к нему.

На Юбилейном Архиерейском Соборе Русской Православной Церкви в 2000 году архимандрит Георгий был прославлен в лике святых новомучеников и исповедников Российских. 11 октября 2000 года были обретены его честные мощи. Ныне они покоятся в Покровском храме Данилова монастыря.

День памяти 4 июля / 21 июня

                                                                                                         Молитва преп. Георгию Даниловскому

О преславный угодниче Божий, преподобне отче Георгие, Даниловы обители похвало и украшение!

Ты от юности своея монашеское житие вожелал еси, в нем же подвизався, любовь Христову стяжал еси, и был еси пастырь добрый притекающих к тебе;

последи же изгнания и многи скорби претерпев, Небесное Царство наследовал еси.

И ныне призри на нас, чад твоих, молящихся тебе, и управи души наша ко спасению;

обитель же нашу святую миром и благочестием утверди и в вере православней нас укрепи, да чистым жиитем благоугодим Богу, Ему же всякая слава подобает,

честь и поклонение, во веки. Аминь